«ДЕЛО ЙУКОСА» КАК ЗЕРКАЛО РУССКОЙ АДВОКАТУРЫ

(комплексное исследование в защиту российской адвокатуры и правосудия)

Приложение к журналу “Вопросы адвокатуры”

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
“ДЕЛО ЙУКОСА” И НИСХОЖДЕНИЕ АДВОКАТОВ В БЕЗДНЫ ПРАВОСУДИЯ

Раздел IV. Нелепость адвоката на допросе обвиняемого

Глава 1. Обвиняемый в “деле Йукоса” вообще

Обвиняемый – это физическое лицо, которому государственным обвинительным органом предъявлено обвинение в совершении уголовно наказуемого деяния. Человек, которого обвинительный орган желает подвергнуть предусмотренному в уголовном законе наказанию, есть обвиняемый.

Примечание. Согласно уголовно-процессуальному закону, обвиняемым признаётся лицо, в отношении которого вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого или вынесен обвинительный акт.

Добавление. Каждый обвиняемый находится в психическом состоянии порока воли и сознания. Без чужой помощи из этого состояния выйти нельзя, если, конечно, он не сверхчеловек или гений. Адвокат призван оказать такую помощь. Чтобы адвокату осуществить своё призвание, обвиняемый должен поверить адвокату, то есть стать его доверителем. Если обвиняемый не доверяет адвокату, тем хуже для обвиняемого. Адвокат не слуга и не хозяин обвиняемого. Обвиняемый не клиент адвоката, а адвокат не патрон обвиняемого. Адвокат не берет обвиняемого в зависимость как неполноправного и ущербного человека. Называние обвиняемого “клиентом” адвоката оскорбляет человеческое достоинство обвиняемого и принижает профессиональное достоинство самого адвоката. Назвать кого-то “клиентом” – значит подчеркнуть своё пренебрежение к человеку, указать на приниженное его положение. У адвоката доверители, у врача пациенты.

У обвинительного органа есть права и обязанности. У суда есть права и обязанности. У адвоката есть права и обязанности. У обвиняемого есть только права.
У адвоката в судебном процессе две задачи: разъяснять доверителю (для суда – обвиняемому) юридические сомнения и предупреждать обвинительный орган и суд от нарушений норм права, которые они призваны соблюдать. Эти задачи взаимосвязанные, взаимозависимые, которые не могут существовать одна без другой, а будучи разделенными, превращаются в абсурд.
Адвокат разъясняет доверителю смысл его прав, форму и способ пользования правами, стратегию пользования правами в его жизненных интересах.
Пользование правами обвиняемого в максимальной степени возможно, если обвинительный орган и суд исполняют свои функции без нарушения адресованных им правил. Если обвинительный орган и суд нарушают, например, процессуальные правила, то они не исполняют свои обязанности. Ибо нарушение правила есть неисполнение обязанности. Неисполнение обязанности есть нарушение права другого. Отсюда главная публичная функция адвокатуры (вообще адвокатуры как института гражданского общества) – реагировать словом в форме ходатайств и заявлений на всякое неисполнение обязанностей государственными служащими.
Юридическая помощь адвоката имеет две стороны. Одна обращена к доверителю, другая в интересах доверителя – к чиновнику. Поэтому в такой частной помощи проявляется публичный, всеобщий интерес.
Адвокат не имеет власти, силовых механизмов принудить исполнять обвинительный орган и суд их обязанности. Адвокат должен всего лишь отметить, зафиксировать неисполнение ими обязанностей. Решает вопрос о принуждении к исполнению или забвении неисполнения другой иерархический властный орган. Эта тема политическая, находящаяся вне адвокатской практики.
Адвокат, выходящий за пределы своего профессионального назначения, не исполняет своих обязанностей. Поскольку деяния за пределами профессионального назначения нейтрализуют, умаляют, отрицают, делают бессмысленной всякую профессиональную деятельность в процессе. В результате обвинительный орган и суд не ограничены никаким автори491 тетом в собственном произволе, а обвиняемый впадает в круг непонимания происходящего. Адвокат сам закрыл логический выход из круга абсурда своими противоречивыми процессуальными поступками. Этот выход вдруг оказывается никому не нужен.
Примеры выхода адвоката за пределы профессионального назначения: указывать на политически мотивированный характер преследования обвиняемого; додумывать за обвинительный орган обвинение; догадываться и излагать то, что не высказал обвинительный орган; догадываться о скрытых мыслях обвинительного органа и суда; объяснять суду, что и как доказывает обвинительный орган; ссылаться в оправдание своих действий на указания доверителя; заручаться на каждый свой шаг согласием доверителя.
“Дело Йукоса” показало, что доминирующим стилем в деятельности адвокатов стал выход за пределы профессионального назначения при оказании юридической помощи. Да-да, это именно стиль, потому что он непосредственно не охватывается правилами адвокатской профессии (пока), а поэтому и ненаказуем. Этот порочный стиль прикрывается так называемой “тактикой защиты” или “позицией защиты”.

Примечание. О наказании за стиль
В языкознании, наряду с грамматическими и синтаксическими, признаются ошибки и стилистические. При сдаче экзаменов за стилистические ошибки также снижают оценки (наказывают), как за грамматические и синтаксические.
В спортивных состязаниях по борьбе наказывают за пассивное ведение борьбы, то есть за стиль. Уставший борец, чтобы не быть наказанным за пассивное ведение борьбы (за стиль), применяет стилистический приём, которым он пытается скрыть проявившуюся неспособность вести активную борьбу, а именно он проявляет видимость активности в проведении приёмов борьбы. У борца нет сил, чтобы провести активный борцовский приём. Но он делает вид, что хочет исполнить этот приём и совершает движения, похожие на начало борцовского приёма. Таким образом, оставаясь в одном и том же стиле (пассивном), борец демонстрирует разные виды этого стиля, чтобы скрыть от наблюдателей свою неспособность бороться. Но и за видимость активности борец подлежит наказанию, как и за пассивность в борьбе. Потому что это одно и то же нарушение правил борьбы.
Стиль – это сам человек. Чтобы изменить стиль, надо стать другим человеком.
Каждый отдельно взятый стилистический шаг адвоката может быть оправдан как единственно возможный или нужный. Но когда они складываются в систему и превращаются в абсурд, то это свидетельствует о профессиональном пороке адвоката. У такого порока нет какой-то одной причины, их всегда множество, даже целая система. Все они охватываются одним понятием – низкая правовая культура. Противостоят таким порокам правила адвокатской профессии и корпоративный адвокатский суд, чего у других юридических сословий нет или они находятся в зачаточном, примитивном состоянии. Адвокатская корпорация – единственное действенно самоочищающееся юридическое профессиональное сословие.


Находится в каталоге Апорт Рассылка 'Журнал "Вопросы адвокатуры"' Яндекс цитирования Rambler's Top100