«ДЕЛО ЙУКОСА» КАК ЗЕРКАЛО РУССКОЙ АДВОКАТУРЫ

(комплексное исследование в защиту российской адвокатуры и правосудия)

Приложение к журналу “Вопросы адвокатуры”

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
“ДЕЛО ЙУКОСА” И НИСХОЖДЕНИЕ АДВОКАТОВ В БЕЗДНЫ ПРАВОСУДИЯ

Раздел III. Гражданский иск в уголовном процессе как примитивизм

Должно соблюдаться единство судебной системы, а не разделение на два, три или даже четыре вида, если учитывать конституционное исследование. В соответствии с этим искусственно разделение процессуальных кафедр и учебных дисциплин.
Логика судопроизводства приводит к тому, что вершина суда – это уголовный процесс, который возвышается над гражданским. Поскольку наказание уголовное шире гражданского, оно охватывает материальную компенсацию вреда. Поэтому судья уголовного суда должен быть выше судьи по гражданским делам. Судьёй уголовного суда можно стать, только пройдя ступень гражданского судьи. По логической сути, уголовный и гражданский процессы ничем не должны отличаться. Суд устанавливает противоправность, то есть нарушение [диспозиционного] закона. И каждый суд определяет виновность, размер вреда и ответственность. Гражданский суд ограничен пределами назначения видов ответственности. Уголовный суд лишь есть продолжение суда гражданского и в отличие от суда гражданского обладает правом на все виды легитимного насилия (наказания).
Гражданский иск в уголовном процессе должен быть первичен. Вначале должен быть рассмотрен гражданский иск, то есть установлены противоправность и размер вреда. Спор между истцом и ответчиком, кредитором и должником разрешает вопросы противоправности в поведении ответчика-подсудимого, то есть какие правовые нормы [диспозиционного] закона были им нарушены, какой вред был причинен ответчиком-подсудимым истцу, причинную связь между деяниями ответчика-подсудимого и наступившими вредными последствиями для истца, виновность ответчика-подсудимого в причинении вреда.
Основание иска простое. Обязательство возникает из обязательства или из деликта. Далее состязательный процесс по правилам гражданского судопроизводства. Виновность, размер вреда установлены. Далее следует разрешить вопрос об ответственности. Всякое противоправное деяние, правопреступление, является общественно опасным, общественно вредным. Степень опасности, вредности предопределяет степень ответственности. Уголовный суд дополнительно выносит наказание из уголовного закона к ответственности гражданско-правовой. А не наоборот, когда, назначив уголовное наказание, дополнительно назначает возмещение вреда из гражданско-правовых требований. Это неправильно.
Уголовно-процессуальный кодекс – не учебник по всем отраслям знания, и к нему не приложены учебники логики и грамматики. Не нужно создавать специальный раздел гражданского процесса в уголовно-процессуальном законе. Гражданский иск должен рассматриваться в суде по правилам гражданско-процессуального закона или арбитражного процессуального закона по подсудности. Все гражданско-правовые процедуры должны быть соблюдены.
“Дело Йукоса” показало отсутствие соблюдения процедур предъявления и рассмотрения гражданского иска, а также неумение и незнание этих процедур участниками процесса, в том числе и судьями. Даже страх перед ними. Как же повели себя адвокаты в вопросе гражданского иска в уголовном процессе?
На стадии предварительного расследования следователь обеспечивает соблюдение процедуры предъявления иска и извещения ответчика об иске. Получив иск, следователь должен проверить соответствие содержания иска требованиям гражданско-процессуального закона и предоставить копию иска ответчику, а не “ознакомить” с иском. Не соблюден порядок предъявления иска – нет иска. Если копия иска с приложением, обосновывающим исковые требования, не вручена ответчику, то адвокат должен считать, что иск не предъявлен. И вести себя сообразно этому, а не высказываться о признании или не признании иска. При таких условиях для обвиняемого и его адвоката иска нет, иск не предъявлен, если не вручена ответчику копия иска, не указан в иске ответчик, что можно обнаружить в “деле Йукоса”, и так далее, то нет иска. Подсудимый не должен отвечать на вопрос о признании иска никоим образом, так как иск в этом случае не предъявлен, его юридически нет.
Предъявление и рассмотрение гражданского иска в уголовном процессе в “деле Йукоса” носило примитивный характер, что продемонстрировало небрежение правом профессиональными участниками уголовного процесса. Акт признания гражданским истцом (постановление следователя или определение суда) в уголовном процессе был демонстрацией судейского произвола.

Казус. Стадия представления сторонами доказательств. Гражданский истец заявляет ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела доверенности представителю, выданной гражданским истцом для представления его интересов в судебном процессе, а также уточнение исковых требований.
Суд поставил вопрос о приобщении этих документов к материалам уголовного дела на обсуждение участников процесса. Все признали, что приобщить надо. Государственный обвинитель сказал, что представленный гражданским истцом документ поможет отстаивать позицию обвинения.
Признавая необходимость приобщения этих документов к материалам дела, адвокат поделился самостоятельными суждениями о гражданском иске в уголовном процессе. Адвокат попросил отказать в удовлетворении исковых требований. Адвокат сказал, что цифры, указанные в уточнении к исковому заявлению, не соответствуют цифрам, приведённым в исковом заявлении и других документах, находящихся в материалах уголовного дела, а также что нельзя начислять пени в отношении налогоплательщика, если на его имущество наложен арест. Кроме того, адвокат поведал, что гражданский истец – это лицо, которое предъявило требование о возмещении имущественного вреда при наличии оснований полагать, что данный вред причинен непосредственно преступлением. Речь идёт о том, разъяснил адвокат, что по уголовному делу можно взыскивать реальный вред, а не штрафы и пени. Если суд при рассмотрении уголовного дела взыщет причинённый истцу ущерб, то тогда истец может предъявить в суд по гражданским делам иск с требованием взыскать пени и штраф. Поэтому, решил адвокат, изначально этот иск является необоснованным. О необоснованности гражданского иска адвокат пообещал сказать в прениях.
Суд приобщил эти документы к материалам дела. Приобщая доверенность представителя гражданского истца и уточнённые исковые требования, суд сообщил участникам процесса, что рассмотрение гражданского иска по существу, в том числе вопрос о том, обоснован ли гражданский иск, подлежит ли иск удовлетворению или нет, подлежит разрешению судом при постановлении приговора.
[Примечание. Ходатайствовать о приобщении к материалам судебного дела доверенности представителя гражданского истца и уточнённых исковых требований есть юридическая нелепость. Это такая же нелепость, как если адвокат-защитник подсудимого будет ходатайствовать о приобщении к материалам судебного дела ордера адвоката. Однако адвокат в этой нелепости соучаствовал, поскольку она вписывается в представления адвоката об уголовном процессе. Для адвоката гражданский иск в уголовном процессе досадное недоразумение, которое надо терпеть и стараться как можно быстрее избавиться от него. Никто не хочет рассматривать гражданский иск.
Если лицо посчитало, что ему преступлением причинён имущественный вред, то это лицо предъявляет иск о возмещении вреда в уголовном процессе, обосновывает иск и рассчитывает размер вреда, прикладывает состязательные бумаги, в том числе и имеющиеся в материалах уголовного дела. Вслед за предъявлением иска, если иск отвечает формальным признакам искового заявления, предъявившее иск лицо признаётся гражданским истцом, а подсудимый – ответчиком. У гражданского истца появляются права, реализация которых не может зависеть от усмотрения обвинительного органа или суда. Суд не может ставить на обсуждение сторон вопрос о приобщении или неприобщении к материалам судебного дела доверенности и искового заявления или дополнения к исковому заявлению. Такой постановкой вопроса суд ставит под сом487 нение самоё право на иск, право на судебную защиту, защиту правоохраняемых интересов истца. Право как таковое никогда не ставило реализацию права на иск в зависимость от мнения и желания ответчика. Ответчик может возражать против исковых требований, опровергать доводы истца, но не требовать от суда запрета истцу предъявлять состязательные бумаги, а тем более подтверждение полномочий представителя истца. Это абсурд.
Процессуальное деяние по приобщению уточнённых исковых требований к материалам уголовного дела само по себе абсурдно. Уточнение исковых требований есть дополнение к исковому заявлению. Это часть иска. Часть следует судьбе целого. Иск не приобщается к чему-то, а предъявляется. Иск поддерживается. Иск с прилагаемыми к нему состязательными бумагами вручается ответчику-подсудимому. Если иск не вручён ответчику-подсудимому, то иск не предъявлен. Иск должен быть рассмотрен в судебном заседании по правилам гражданского судопроизводства. Исковые требования должны быть продемонстрированы в судебном процессе. Если такой процедуры в судебном процессе не было, то надо признавать, что иск в суде не рассматривался. Реплика адвоката о гражданском иске в судебных прениях не есть рассмотрение иска, не есть возражение ответчика.
Адвокат боится гражданского иска в уголовном процессе, он не знает и не понимает сути гражданского иска в уголовном процессе, он боится и гражданского иска, и уголовного процесса. Поэтому адвокат с облегчением воспринимает слова суда о том, что суд сам рассмотрит гражданский иск, всё оценит, всё учтёт без доказывания сторон по обстоятельствам исковых требований при вынесении приговора в совещательной комнате. Это большое облегчение для адвоката.
]

Казус. Об оговорках гражданского истца и прокурора. Стадия дополнения судебного следствия. Сторона защиты заявила ходатайство о вызове для допроса в качестве свидетеля одного из работников гражданского истца. Представитель гражданского истца был против такого вызова, потому что сторона защиты не сформулировала, зачем она хочет заслушать свидетеля, не указала цель допроса. Государственный обвинитель, будучи против, рассудил, что допрос в качестве свидетеля на стадии дополнения судебного следствия возможен только в том случае, если в ходе судебного разбирательства будут установлены какие-то иные, новые, неизвестные ранее участникам уголовного судопроизводства сведения относительно информированности данного лица. Суд отказал в вызове свидетеля.
[Примечание. Совершенно не странные и не неожиданные оговорки гражданского истца и государственного обвинителя. Оказывается, надо мотивировать, зачем собирается вызвать сторона свидетеля, что она хочет доказать сообщёнными свидетелем сведениями. Правда, сторона обвинения сама ни разу не мотивировала предстоящий допрос свидетелей. Но адвокаты ни разу и не пытались выяснить отсутствие мотивировки. Все дружно участвовали в заслушивании рассказов свидетелей об их жизни. Только не участвовали в представлении доказательств.]


Находится в каталоге Апорт Рассылка 'Журнал "Вопросы адвокатуры"' Яндекс цитирования Rambler's Top100